Предложение для зрителей


EN

(495) 690-46-58, 690-62-41
Сретенка: (499) 678-03-04

Именем королевы

21 Марта 2017

Именем королевы

В спектакле «Изгнание» Миндаугаса Карбаускиса в Театре имени Маяковского литовский иммигрант ищет себя под музыку Queen.


Фредди Меркьюри — один из главных персонажей спектакля «Изгнание», который худрук Театра имени Маяковского Миндаугас Карбаускис поставил на Сретенке. Колоритный фронтмен Queen ни разу за четыре часа действия не появляется на сцене, зато имя его не сходит с уст центрального героя, полулитовца-полурусского Бена. Меркьюри для него — ролевая модель.

«Изгнание» — третья по счету работа литовского режиссера в тандеме с литовским же драматургом Марюсом Ивашкявичюсом. Они уже успели выпустить на той же сцене спектакли про Канта и Толстого. На этот раз в фокусе ироничного дуэта оказались литовские иммигранты в Великобритании, которые о существовании великой русской литературы и немецкой философии то ли не догадываются, то ли подзабыли.

Они приехали за лучшей жизнью в Лондон, а попали в Британский музей, куда, по словам одной из героинь, свезена масса сокровищ, ценных по отдельности, но не представляющих интереса для пресыщенного изобилием туриста. Марюс Ивашкявичюс нарочно подсматривал за жизнью лондонских иммигрантов, чтобы создать галерею ярких и честных характеров (их воплотили Иван Кокорин, Михаил Кремер, Анастасия Дьячук и Анастасия Мишина). Но злободневность внешнего конфликта осложняется внутренним поиском главного героя, и именно это выводит спектакль на уровень притчи.

Сюжет, выстроенный как череда встреч и расставаний, концентрируется на Бене (Вячеслав Ковалев), человеке простом и крайне симпатичном. И библейское название «Изгнание», и подзаголовок «Хроника одного путешествия» наводят на мысль о том, что современный Лондон — локация условная, а ментальный конфликт Запада и Востока, который мешает герою ассимилироваться, вечен.

Сценография соответствует общей концепции. Сцена на Сретенке обита жестью, декорации воспроизводят лондонскую подземку — образ скорее аллегорический, чем конкретный. Это дно жизни, андеграунд. Именно там маргинальные персонажи дерутся и ругаются, ночуют на улице, под дождем, на крайний случай — в заброшенном похоронном бюро.

По ходу действия герой сталкивается с разными иммигрантами, каждый из которых спасается, как может: Эгле живет содержанкой и мечтает о скором возвращении домой, Андрюс ломает лондонские трущобы, а на заработанные фунты строит дом в Литве, пакистанец Азим поддерживает национальную культуру в отдельно взятой продуктовой лавке...

Однако герой не хочет болеть за команду лузеров, не желает барахтаться в вязкой трясине, а стремится выплыть, преодолевая законы гравитации. На этом пути от сквотов Лондона до Биг-Бена он цепляется за разные «соломинки»: увлекается анархизмом, рок-музыкой, пробует стать футбольным фанатом, крутит роман с интеллигентной полячкой, даже забредает в церковь. Однажды он становится вышибалой в клубе и уже сам решает, кого пускать на праздник жизни, а кто останется за бортом. А там недалеко и до полицейского, конвойного Ее Величества.

Авторы, однако, оставляют зрителя перед главным вопросом: «Изгнание» кого и откуда? Из Литвы героев никто не выгонял, это был их выбор. Из Лондона вроде бы тоже не выдавливают, хотя и по-настоящему принять не готовы. Скорее, можно говорить об изгнании предрассудков из умов людей — именно об этом спектакль Карбаускиса. А также — о сохранении человеческого достоинства в трудных жизненных обстоятельствах и о саморазвитии. Что же касается незримой фигуры Фредди Меркьюри, то она служит лишним напоминанием банальной истины: успех зависит не от происхождения, а от таланта и трудолюбия.

Дарья Лабутина, «Известия»



Ссылка на источник:  http://izvestia.ru/news/671499