Предложение для зрителей Маяковка — детям


EN
(495) 690-46-58, 690-62-41
Сретенка: (499) 678-03-04

Интеллектуальное гурманство и игры со временем

7 Апреля 2014

Интеллектуальное гурманство и игры со временем

Первое, что видит зритель, пришедший на «Канта» – выстроенный на Основной сцене Театра Маяковского крохотный зал, шестигранник, обитый алой тканью, в сердце которого – сервированный стол. Этот странный кусок интерьера (сценограф - Сергей Бархин) со своими героями – как некий одинокий островок, поссорившийся со временем, почти как в «Алисе» Льюиса Кэрролла, где всегда 5 часов и пора пить чай. Время в «Канте» - существо своенравное, и делает все, что ему заблагорассудится – то растянется, как жвачка, то вернется на момент назад, то создаст альтернативную реальность, то вообще остановится. Не удивительно, что сквозь дыры в нем проникает некий таинственный персонаж, но о нем чуть позже.


На званый обед могут попасть только 160 желающих (спектакль переедет на сцену на Сретенке, как только она будет открыта). Владельцам билетов в первые ряды нужно быть готовым к кулинарным провокациям – и суп будет настоящий, и запеченная треска с манящим ароматом нет-нет, да и отвлечет от действа. И слуга Мартин (Анатолий Лобоцкий) проворчит вполголоса «Тоже мне едоки», убирая со стола пару нетронутых тарелок. В этой комнате главное – не потребление пищи. Иммануил Кант (Михаил Филиппов) и его гости в париках и камзолах обсуждают что угодно – скрип стульев, застрявшую кость, ненавистных британцев, первый полет на воздушном шаре, странную ноябрьскую погоду, всё, но только не работу. Этот ежедневный ритуал нарушает неожиданный визит молодой особы, которая представляется племянницей лучшего друга Канта. Фоби Грин (Юлия Соломатина) говорит с сильным акцентом, но из ее речи понятно, что потревожить автора «Критики чистого разума» она решила ради автографа. «О чем эта книга?» - единственный вопрос, который интересует девушку. Кант, в свою очередь, предлагает девушке тему более мирскую и более понятную – любовь. Об этом будет записанная им на клочке газеты мысль, которую загадочная Фоби унесет с собой в неизвестность.

Все персонажи – как на ладони. С первого ряда до них можно дотянуться рукой, рассмотреть в подробностях костюмы (автор – Наталья Войнова), оценить плотность ткани, изучить рисунок на пуговицах. Не в каждом театре Народные артисты (Михаил Филиппов, Анатолий Лобоцкий, Игорь Костолевский, Светлана Немоляева) играют так близко к публике.


 

Несмотря на расплывчато обозначенный жанр - «о критике чистого разума» - опаска обывателей перед тяжеловесной философией улетучивается в момент - зал увлеченно наблюдает за переплетающимися партиями в словесный пин-понг. Безобидные остроты одна за другой всколыхивают в зале смех. Но на самом деле это такая обманка: в милую болтовню и анекдоты Канта и его собеседников, в этот сюрреалистический сюжет с явлением самого Всевышнего (луч лунного света падает на «Критику», и герои решают, что он ее внимательно изучает), зашифрован целый пучок философских мыслей. Но распознать их за оболочкой абсурда непросто. Сам драматург - Марюс Ивашкявичюс дает зрителю шпаргалку на вкладыше в программке. Вселенский разум не просто так обращает свой взор на труд Канта, равно как не случайна намеренная гротесковость духовных лиц в спектакле (любимая присказка пастора (Костолевский) «Господи-господи», а двух монахинь (прекрасная Светлана Немоляева и молодая актриса Вера Панфилова) занимает больше всего вопиющее хищение их петуха). «Когда не знаю, я верю», - говорит Кант. Эта фраза - словесное ядро спектакля.


 

Финал полон загадок, и ответа не даст ни слуга Мартин, философствующий не меньше своего господина, ни режиссер, ни драматург. Исследовать разум разумом - дело неблагодарное и абсурдное, так что философу и его гостям остается положить руки на стол, как это делают на спиритическом сеансе, и попытаться, преодолев законы физики, поднять массивный предмет вверх. И кажется, что они действительно парят в воздухе, устремляются куда-то к звездам.


Юлия Чечикова, «Весь Театр»