3 Августа 2021

Гениален?! А доказать сможешь?! («Новаторы»— Театр имени Маяковского)

В Театре имени Маяковского решили поговорить со зрителем о самом главном, о том, что занимает первое место в жизни практически каждого из нас. Нет, не про любовь. Про гаджеты. Кто может представить свое существование без смартфона, компьютера, ноутбука, планшет? Нужное подчеркнуть.

Мы так с ними сроднились, что даже не задумываемся… Их когда-то не было. И тот факт, что написанное на условной клавиатуре отображается на экране, для нас давно не чудо, а будни. Как и то, что работать можно из любой точки земного шара, что если человек не отвечает на сообщение дольше 10 минут — то с ним что-то не так, что любая информация доступна 24 на 7 и прочее-прочее.

О тех, кто сделал это возможным, чьи мечты, идеи, знания, амбиции, удачи и горькие разочарования положены в основу прогресса — спектакль Никиты Кобелева «Новаторы».

Пьесу театр создал по сути сам, собрав информацию по кусочкам из самых разных источников. Артисты, занятые в постановке (многие выходят сразу в нескольких ипостасях), активно участвовали в поиске материала.

Вы узнаете, почему баг называется именно так и никак иначе, какое отношение лорд Байрон и его неугомонная дочь Ада Лавлейс (юная – Дарья Хорошилова, взрослая – Зоя Кайдановская) имеют к изобретению компьютера, об открытии транзистора, микрочипа, первых ПК, яблоках Алана Тьюринга (нервный и запоминающийся Алексей Сергеев) и Стива Джобса (Евгений Матвеев, который помимо обаяния обладает узнаваемым и запоминающимся тембром голоса), философии основателя Intel Роберта Нойса (Матвеев), увлечениях Билла Гейтса (Роман Фомин, чье умение минимальными средствами выхватить самые яркие черты героя, поражает) и многое другое. Но…. Самое главное, что все новаторы — живые люди, со своими слабостями, радостями, горестями. Артисты театра очень тонко и нежно подходят к своим персонажам. А значит — есть разговоры и о месте женщины в информатике, и о роли удачи в любом открытии, и о том, как связаны идея и ее монетизация, и о том, можно ли совмещать одержимость собственным делом и обычную жизнь, и о том, каким должен быть настоящий руководитель.




После премьеры Ксения Позднякова поговорила с Иваном Выборновым, сыгравшим Джона Мокли (одного из авторов первого компьютера), нейрохирурга Джеффри Джефферсона (спорившего с Тьюрингом о том, способны ли машины заменить людей), Пола Аллена (стоявшего у истоков Microsoft) и с Романом Фоминым, перевоплотившимся кроме самого «великого и ужасного» Билла Гейтса.в Конрада Цузе (ученого, разрабатывавшего ПК в Германии времен Второй мировой), Джона Бардина (физика, дважды удостоенного Нобелевской премии).


– Какой из сыгранных вами героев вам ближе и почему?

Выборнов: Эмоционально, никто. При этом Пол Аллен нравится мне тем, что он разносторонний человек, что его интересы не ограничиваются только изобретением новых технологий. В Мокли мне близко то, что он позитивно смотрит на мир. Но в целом работа шла на сопротивление. 

Фомин: Не могу кого-то приблизить, каждый интересен чем-то своим. Они все слишком разные. Но по ощущениям, наверное, ближе всех Билл Гейтс. Все-таки он наш современник. Жив-здоров. Мне кажется, между нами есть какая-то связь. 

– А хотелось бы встретиться с Гейтсом и пообщаться?

Фомин: Как ни странно, нет. Английский я не особо знаю, да и в технических делах точно его не удивлю. Он по складу технарь, а я чистый гуманитарий. 

– Есть какое-то качество Гейтса, которое хотелось бы позаимствовать? 

Фомин: Да. Гейтс в хорошем смысле слова трудоголик. Мне не хватает такой нацеленности. Я достаточно ленивый человек.  

– Вы сами подбирали информацию про своих персонажей. Какой факт показался самым интересным?

Выборнов: Многое. К сожалению, некоторые факты не вошли в спектакль. Например, у Пола Аллена меня больше всего поразила тяга к жизни. Я тщательно изучил его биографию. Оказывается, за свою жизнь он дважды побеждал онкологию. Он фактически собрал «полный пасьянс» этой заразы, но при этом смог победить. В 2018-м году болезнь взяла свое. При этом болезнь развивалась параллельно с его уходом из Microsoft. Он не только преодолел недуг, но и смог выстроить жизнь после Microsoft, он стал очень известным предпринимателем, открыл множество талантов. 

Фомин: Мы не так много знаем об этих людях. Джон Бардин — единственный дважды лауреат Нобелевской премии по физики, при этом когда он умер, соседи удивлялись, куда исчез тот милый пожилой человек, который каждые выходные устраивал пикники. Никто даже не догадывался, что рядом живет великий ученый. Есть забавная история про Конрада Цузе. Он увлекался живописью и в старости нарисовал портрет  Гейтса. Перед смертью Цузе подарил эту работу Гейтсу. Портрет долго висел у того в кабинете. Вот такая забавная связь между персонажами. Что до самого Гейтса, то меня потрясло, как сильно он переживал смерть друга Кента Эванса. Не каждый способен испытывать такие глубокие чувства. Я проникся к нему симпатией и искренним сочувствием. 



– Аллен и Гейтс вместе стояли у истоков Microsoft. Затем судьба резко развела их. Гениям тесно вместе?

Выборнов: Гейтс был фанатиком своего дела. Он не зря в спектакле говорит, что положил жизнь на Microsoft. Он был заточен только на это. У Аллена же было много всяких разных интересов. В какой-то момент они просто не смогли прийти к компромиссу. Самое забавное, что им удалось остаться друзьями. В книге, которую Аллен написал после ухода из Microsoft, сказано, что несмотря ни на что, они с Гейтсом остаются друзьями и коллегами. Трудно представить, чтобы в команде было двое гениальных людей. Рано или поздно один из них уйдет. 

Фомин: Жизнь показывает, что тесно. Два положительных заряда отталкиваются. Что касается этих двоих. Существует множество версий того, что между ними произошло.  У нас в спектакле они не смогли договориться, как разделить прибыль. Есть мнение, что Аллен был слишком гордый, упертый и не захотел терпеть диктат Гейтса. Но лучше спросить Гейтса.

– Как только, так сразу. 

Почему в «Новаторах» говорится только о западных изобретателях?

Фомин: Мы думали над этим, так как «Новаторы» — коллективное творчество. Мне кажется дело в том, что развитие компьютерных технологий в нашей стране происходило под прикрытием военных. Государственное устройство было таково, что все было засекречено. А когда все закрыто, отсутствует контакт с коллегами, с внешним миром, нет совместных обсуждений, открытий, то энергия сходит на нет. Спектакль, кстати, и об этом тоже. Когда все идеи разрозненны, спрятаны друг от друга, прогресса не будет. Наши ученые потому и не так ярко преуспели в этой области. Это не исключает того, что у нас были и есть специалисты такого уровня. Плюс у нас как-то не принято делать из ученых рок-звезд. 

Выборнов: Мне кажется, наши работают на другом поле. У нас нет таких наглядных примеров, как Джобс, Гейтс. 

– Удача, талант или упорство: что самое главное для достижения успеха?

Выборнов: Это синтез. Безусловно, человек талантливый может стать известным, популярным и добиться своего, но без удачи это сложно. Чтобы человек реализовал способности, у него должен появиться шанс. Но если человек не талантливый , а его вынесет на волне удачи, в прок это тоже не пойдет. Рано или поздно, станет понятно, что он из себя ничего не представляет. Мало подняться на вершину, там еще нужно закрепиться и удержаться. Так что мне кажется, нет одного компонента. 

Фомин: Мне кажется, универсального рецепта нет. К примеру у Цузе, которого я играю, просто не так сложились обстоятельства. Не повезло: родился не в той стране, не в то время. Но несмотря на то, что он не стал первым изобретателем компьютера, Цузе нашел свое призвание. В любом деле нужно уметь ждать. Но без таланта, конечно, ничего не выйдет. Хотя его одного недостаточно. Думаю нужны , талант и упорство. В актерской профессии я бы еще добавил случай. Если его не будет, то может ничего не получиться. 

В спектакле поднят важный вопрос, каким должен быть руководитель, чтобы все работало. Гуру, как Джобс, тиран, как Гейтс, и равный партнер, как руководитель Intel Роберт Нойс. Какой тип вам ближе и почему? 

Выборнов: Наверное, равный партнер. Каким бы гениальным ты ни был, одному вытащить что-то мощное практически невозможно. Хотя при внешнем равенстве, есть источник идей, а есть команда, помощники, соратники.

Фомин: Есть такая восточная мудрость: «Лучший правитель — это тот, которого не замечают». Но чисто по-человечески мне ближе устройство Intel. Но не уверен, везде ли такая система сработает. В театре , как говорил Олег Павлович Табаков, просвещенный абсолютизм — единственная приемлемая форма правления. 

В спектакле показан спор Алана Тьюринга и нейрохирурга Джеффри Джефферсона о том, заменят ли технологии человека. Сегодня прогресс шагнул вперед. Так заменит или нет? 

Выборнов: Тьюринг несколько раз отвечает на вопрос: «Могут ли машины мыслить» и поначалу несколько раз уверенно говорит «да», а затем замолкает. Мне кажется он задумался и понял, что есть вещи, которые неподвластны машинам. То, что зависит не от мыслительной деятельности, а от чувственной сферы: любовь, влечение, — то что не поддается законам логики. А машина — это определенный алгоритм, заданные, выстроенные команды. Чувства – это сложнее. Как описать алгоритм любви? Привязанности? Влечения опять же. Что до дня сегодняшнего, то мне хочется верить, что машины не заменят человеческих связей. 

Фомин: В чем-то они нас уже заменили. Но до конца машина человека никогда не заменит. Человеку нужен человек, как ни крути.

А вы сами сильно зависимы от гаджетов? 

Выборнов: Как все мы, хотя очень стараюсь ограничивать себя. А то становится страшно.  Прошлым летом у меня украли телефон. Сначала было очень непривычно: нельзя посмотреть на карте, куда идти, договориться с человеком. Но потом начал ловить кайф. Понятно, невозможно представить мир без гаджетов, планшетов, смартфонов и прочее. Но книгу, например, классно читать бумажную. Кайф – переворачивать страницы. Или наушники – это классно. Но иногда здорово пройтись без них, вслушаться в звуки города, находиться в моменте. В телефоне ты либо улетаешь вперед в будущее, либо назад в прошлое, но точно не находишься в моменте: здесь и сейчас. Иногда необходимо задуматься, слышу ли я улицу, вижу ли людей, идущих навстречу. Классно порой отпускать себя в реальный мир. 

Фомин: Я человек не слишком современный в этом плане.  Но когда можешь связаться с кем угодно, обсудить все что угодно в любое время, найти нужную информацию, найти нужных людей – в такие моменты не представляешь, как бы ты без этого жил. Бывают и совсем бытовые примеры. Я как-то на улице нашел паспорт. Забил данные девушки vkontakte, нашел ее, мы списались, встретились и я вернул ей документ. Не будь этих технологий, человеку пришлось бы довольно долго восстанавливать документы.

– Иван, у вас в instagram ник individ. Что вкладывали в это?

Выборнов: Ну индивид – это от индивидуальности, кроме того в нем скрыта аббревиатура vid – это Выборнов Иван Дмитриевич. 

– Как думаете, а можно ли создать «Новаторов» про театр? И если да, кто бы туда попал? 

Фомин: У нас в театре был спектакль «Студии OFF» «Девятьподесять». Он задумывался как разовая акция к юбилею театра Маяковского, но настолько нашел отзыв у людей, что задержался в репертуаре на 5 лет. Он был как раз про наш театр, его историю, руководителей.  А если говорить глобально, то это целая тема для исследования. А формат спектакля требует временных рамок, не больше трех часов, мы же не можем создать сериал. Придется от кого-то отказываться. Мы даже когда работали над «Новаторами», то каких-то героев пришлось убрать. Даже был вариант сократить и моего Цузе, и создателя одного из первых электромеханических вычислительных устройств — двоичного сумматора Джорджа Штибица (его играет Максим Разумец). Но обошлось. В театре будет еще сложнее. Точно взял бы кого-то из Древней Греции – Эсхила, Софокла, Еврипида. Разумеется, Мольера, в следующем году ему 400 лет, а его пьесы живее всех живых. Шекспира. Не обошлось бы без Станиславского, Сары Бернар, Питера Брука, Федора Волкова, который организовал первый в России профессиональный драматический театр. Хочется показать и Ермолову, и Щепкина, и Вахтангова, Мейерхольда, и Гротовского, и Някрошюса, и Захарова, и Любимова. Каждый из них повернул ход театральной истории. Они пошли своим путем, и оставили след. Современный театр просто не может не иметь их в виду, не принимать их опыт. 

Выборнов: Безусловно, Шекспир, Мольер, Чехов, Станиславский. Из более-менее близких к нам по времени: Петр Наумович Фоменко.

Оригинал статьи


×
дорогой зритель!
Мы будем очень рады, если вы подпишетесь на наши новости. Обещаем радовать только интересными поводами и не утомлять назойливыми рассылками!
В качестве комплимента дарим промокод на скидку в 10% на первую покупку билетов на нашем сайте!
Ваше имя*:Ваш e-mail*: