Предложение для зрителей Маяковка — детям


EN
(495) 690-46-58, 690-62-41
Сретенка: (499) 678-03-04

«В.О.Л.К.» В.Аксенова в Театре им. Вл. Маяковского

17 Октября 2014

«В.О.Л.К.» В.Аксенова в Театре им. Вл. Маяковского



Расшифровывается «В.О.Л.К.» - «вот она любовь какая», это татуировка, которую один из персонажей наколол у себя на пальцах. Однако главная «обманка» спектакля в другом: да, Аксенов, да, Василий, но совсем не автор «Острова Крым» и «Скажи изюм». Тоже не безвестный литератор, даже вроде бы обладатель каких-то премий - сорок лет живущий в Питере «деревенщик». Проза у него соответствующая - «деревенская», и не знаю как она воспринимается с бумаги, а то, что звучит со сцены, порой кажется откровенной графоманией.

С предыдущим потоком «кудряшей», студентов Олега Кудряшова в ГИТИСе, Светлана Землякова поставила настолько неординарную инсценировку «Униженных и оскорбленных» Достоевского, что лично я ходил ее смотреть два раза и увидел бы еще, жаль дипломные постановки редко отличаются долгожительством. С той же командой и в то же время Екатерина Гранитова сделала блестящую «Историю мамонта» по роману «Географ глобус пропил» Алексея Иванова - «В.О.Л.К.» сегодня сравнивают именно с «Мамонтом», но лучше этого не делать, поскольку сравнения не в пользу новой работы. И вины студентов с преподавателями в том нет никакой - если не считать самого факта обращения к явно вторичному литературному материалу.

При этом «В.О.Л.К.», в сущности - идеальный студенческий спектакль. Каждому участнику дается возможность себя показать, многим даже не в одном образе, а в разных. Ребята играют на баянах, аккордеонах и гитарах; танцуют под проигрыватель, катушечный магнитофон и радиоприемник; поют хором, соло и дуэтами - и все это проделывают великолепно. Постановка на раз убеждает, что у них превосходные педагоги и что сами студенты - одаренные, увлеченные, энергичные, но убедить в том, что проза Василия ИВАНОВИЧА Аксенова (Яланского) заслуживает приложения их усилий, до конца невозможно, и чем искреннее молодежь пыталась на протяжении четырех часов это делать, тем муторнее делалось у меня на душе, как будто колючей проволокой обертывали.


Действие происходит в родном для петербургского автора сибирском селе Ялани. Главный герой - Олег Истомин (Павел Пархоменко). Время - два лета, 1969 года, последние для персонажей каникулы перед выпускным классом, и 1970-го, после выпуска перед армией или поступлением, плюс эпилог, когда Олег приходит спустя три года после службы на флоте. Основная любовная интрига связана с двумя девушками, одна, Таня, живет за 12 км, другая, Галя, совсем рядом. Первая - будущая медичка, вторая - словесница. С Таней герой переживает бурный роман, включая и первый секс. С Галей у Олега отношения скорее дружеские, они общаются в сельской библиотеке, обсуждают книги - Кафку, например. Да-да, русские поселяне и поселянки рубежа 1960-1970-х годов у Василия Ивановича читают на досуге не только Хемингуэя со Стейнбеком (странно, что не Фолкнера - есть подозрение, что Василий Иванович сам-то без Фолкнера не обошелся), но и Кафку, пока старшие спорят о Боге и о Сталине (кажется, плохо отличая одно от другого - ну это как раз Василий Иванович обозначил очень точно). В версии постановщиков Кафка воплощается еще и в отдельном книжном издании, что уж совсем ни с чем не сообразно - «Процесс» и несколько новелл Кафки действительно публиковались в середине 1960-х в журнале «Иностранная литература» и могли добраться в журнальном варианте до Красноярского края, но первая книга вышла только в 1989-м.

Впрочем, на бытовой реализм спектакль не претендует, наоборот, в нем много яркой и острой условности, есть место игровому началу, гротеску - и это, с одной стороны, спасает от избытка почвеннического пафоса, но, с другой, окончательно сводит и без того надуманное содержание к формату «ностальгического кабаре», за последние годы по сценам распространившемуся в таких масштабах, что еще немного, и кроме кабаре в драматическом театре уже вообще ничего не останется («Нюрнберг» у Бородина в РАМТе - и тот решен в аналогичном ключе, но там использование приема оправдано его парадоксальностью по отношению к материалу и тематике). Звучат советские песни, добравшиеся полулегально записи «битлов», перепетые деревенскими гитаристами на свой лад (группа «Бис»), то и дело возникает и встает в полный рост призрак еще живого Высоцкого. А между тем односельчане и ровесники Олега Истомина стреляются, топятся, калечатся - но не это составляет предмет внимания, а именно умильный контекст, где старики мудры, юноши горячи, а девушки красивы, хотя и не всегда верны. Таня тоже обманула надежды Олега - три года писала ему на флот, а когда вернулся, узнал, что она с другим. Галя же вышла замуж и умерла при родах. Наливай и запевай.


Может, конечно, для молодежного опуса излишний трагизм мироощущения был бы и неорганичен. Да и оптимистический посыл спектакля небезусловен, точка в нем, во всяком случае, нарочито смазана, а восклицательный знак и не предполагается. Но если рассматривать «В.О.Л.К.» не как обширный набор ученических этюдов (практически каждый из которых придуман и выстроен безупречно), а как целостное произведение, то недостаточно на фоне афиш «Вертикали» и «Доживем до понедельника» в контексте обсуждений достоинств Натальи Варлей из «Кавказской пленницы» глядеть в озера синие и в полях ромашки рвать, чтоб стало понятно, отчего молодые и здоровые сами себя убивают или влегкую, без видимых внешних поводов, уродуют собственные судьбы. Об этом интересно было бы подумать. А так получается очередная «любовь людей», только в отличие от одноименное пьесы, уже идущей здесь же, на малой сцене Маяковки, развернутая не изнаночной стороной, с призраками и расчлененкой, а «светлой», витринной, с мелодиями и ритмами ретро-эстрады.

Слава Шадронов, «Театральные дневники»

Оригинальный адрес статьи