Предложение для зрителей


Учреждение, подведомственное
Департаменту культуры
города Москвы
EN

(495) 690-46-58, 690-62-41
Сретенка: (499) 678-03-04

Зрителям Маяковки покажут всю изнанку кошачьей жизни

25 Сентября 2013

Зрителям Маяковки покажут всю изнанку кошачьей жизни

В «Маяковке» завелись крысы

Театр открыл сезон спектаклем для всей семьи – «Мама-Кот»

Не стоит удивляться названию. «Мама-кошка», «папа-кот», - в этом есть что-то житейское, какая-то нежелательная для детского спектакля двусмысленность – вроде как оба гуляют и каждый сам по себе. А за «Маму-кота» ни театру, ни родителям, посетившим спектакль, краснеть не придется.

Поставила спектакль Полина Стружкова. Здесь все продумано до умилительных, порой, мелочей, которые выполнены не только с выдумкой, но с любовью. «Маяковка» прозорлива - рекрутирует зрителей с пеленок. Детский спектакль для театра – дело нужное, но хлопотное и в высшей степени ответственное. Для кого-то он может оказаться первым в жизни. От него будет зависеть полюбит ли ребенок театр, или надолго (навсегда) отвратится от него. «Мама-кот», сомнений нет, способен привязать детей к театру. Морским узлом.

В основе спектакля повесть чилийского писателя Луиса Сепульведы, инсценированная Александром Шавриным и положенная на музыку Максимом Леонидовым. Главные его герои – коты, которые налево-направо и песнь заводят, и сказку говорят. Коты разных пород, окраса и темперамента. В этом сезоне (не только театральном) наметилась мода на котов. Да и вообще, любят у нас от Мурлык и Баюнов, Матроскиных и Леопольдов, постепенно вырастая до Базилио и Бегемота, котов чеширских, ешкиных и «Мурки». Вот и в театре им Евг. Вахтангова открыли сезон спектаклем «Кот в сапогах». Тренд! Кстати, продвинутым родителям тоже будет нескучно: «няшные котики» (для не продвинутых: «ня» японский аналог русского «мяу») и лол-коты (интернет-тренд) в спектакле обретут плоть и кровь благодаря талантливым актерам и остроумным костюмам.

«Мы пришли сегодня в порт», а потому вместо третьего звонка седовласый, просоленный морскими ветрами кот Мореход (Максим Глебов), попыхивая трубкой, бьет рынду. На сцену взмывает белоснежная пушистая Чайка-летчица (в летном шлеме) и на бреющем полете (на фоне залитого волнами экрана) распевает песню о хлебе насущном – о рыбешке. Аккомпанирует чайке (Юлии Самойленко) и всем героям спектакля оркестр белых голубей - живая и живительная музыка, в которой то и дело угадываются фрагменты и мотивы известных хитов. Внезапно синее море чернеет – это не шторм, это нефть заволакивает экран, поглощая чайку. И вот уже из последних сил долетев на слипшихся от нефти крыльях, чайка, сменив белое оперение на черное полиэтиленовое одеяние (сотканное, будто из мешков для мусора) падает неподалеку от фартового портового кота Зорбаса (Алексей Дякин). Собственно, черная полоса в спектакле начинается с черного золота – нефти, разлитой в море. Нефть, конечно, полезное ископаемое, но она приносит много вреда. «Проклятая нефть!», «Сколько войн из-за нефти», «Сколько горя она принесла!», - не раз и не два будет звучать со сцены, так что сомневаться в актуальности этого, пусть и сказочного спектакля, не приходится. В прошлом сезоне на этой сцене сыграли громкий спектакль, «спектакль - экологическую катастрофу» «Враг народа» по пьесе Г. Ибсена. «Мама-Кот» продолжает «зеленую» тему, упрощая язык повествования, но не проблемы.

«Люди – убийцы!»- в предсмертном крике сообщает чайка, но, глядя с надеждой в зал на подрастающее поколение, уточняет: «Но не все!» Она не птица-счастья, иначе бы исполнила три желания непоседы-Зорбаса. Все случилось наоборот: кот дал слово исполнить три просьбы умирающей чайки: не съесть (1), а высидеть и вырастить оставлено ею яйцо-сироту (2) и научить будущего птенца летать (3). Зорбас, не вполне осознавая миссию, берется ее исполнить и в один миг становится родителем-одиночкой.

Не имея ни отцовского, ни тем более материнского опыта Зорбас обращается к отцу, крестному отцу (своему и вверенной тому территории) дону Эль Падрино (Нияз Гаджиев) и его Консильери (Игорю Евтушенко). Атмосфера культового фильма в адаптированном под кошачьи нравы виде захватывает и тех, кто фильм видел, и тех, кому просмотр криминальных саг только предстоит.

Дети растут быстро, птицы, кажется, еще быстрее: спустя антракт на сцене уже оперившаяся Афортунада в исполнении Нины Щеголевой. «Я — чайка… Нет, не то. Я — актриса». Впрочем, это из другой пьесы. Здесь «клювокрылая» птаха утверждает, что она кот и напрочь отказывается летать. Пока коты пытаются образумить «дочь порта» с птичьими мозгами, наглые и голодные крысы с говорящими именами Треш (Всеволод Макаров) и Фрик (Владимир Гуськов) под предводительством своего крестного отца Редиратти (Алексей Фурсенко) плетут заговоры и пытаются взять под контроль порт. Начинается война кланов: блохастые против голохвостых.

Афортунаду, чувствующую себя белой вороной (нет, все-таки чайкой) среди котов, желающую приспособиться к жизни четвероногих, способна окрылить лишь простая истина о том, как важно быть самим собой. Ее привез из дальних странствий мудрый корабельный кот. «Легко любить себе подобных, а других, непохожих на себя – трудно…Ты другая и нам это нравится», - говорит ей мама-кот Зорбас, обзаведшийся белым фартучком и расшатанной в волнениях за дочь нервной, очень нервной системой.

Чайка взлетит под аплодисменты, под дивное сочетание света, анимации, красок, музыки и эмоций. Кружащая в вышине на радость детям чайка, это еще и птица, вылетевшая из гнезда, а это немного грустно их родителям. Но грустить долго не придется, ибо любовь окрыляет и котам тоже представится возможность немного покружить, но непременно вернуться, дабы не дать крысам оккупировать их (наш) дом. Полет отличный и театр в пролете не оказался.

Эмилия Деменцова, Комсомольская правда, 25.09.2013
Оригинальный адрес статьи